Авторские колонки, Актуальные темы, Богословие и богослужение, Главный редактор, Оглашение и катехизация

Цивилизация и одиночество

Цивилизация и одиночество ochek 200x200

Сегодня Православная Церковь празднует и совершает Неделю  “о блудном сыне”.

Мы вступаем в череду седмиц постной триоди. Эти недели предваряют не начало времени каких-нибудь трудностей и прискорбия – они нам говорят, что приближается Пасха Христова, наш вели­кий  праздник и радость вселенская о воскресшем Господе. Сегодняшнее чтение  как  раз  напоминает нам о Воскресении и жизни, которая есть любовь.

Старики все время жалуются на то, что они одиноки и некому почтить их старость, что они забыты своими детьми. В свою очередь, дети жалуются на то, что им надоели родители, они стали старые, выжили из ума, мешают им жить. Это было всегда. Господь все время собирает нас воедино и вяжет нас родством и невозможностью жить друг без друга.  А диавол все  время старается  всякими разными способами нас рассеять, чтобы каждый из нас остался один. И мы все время ему в этом поддакиваем, соглашаемся  на  это.  И  тем  самым, в общем-то, допускаем в свою жизнь смерть и разрушение.

Много народу хотело жить в городе, с городскими удобствами. Раньше люди как жили? Был один дом, и все жили вместе. Рожали детей – почему? Потому что жить было трудно и нужны были помош­ники. Жизненный уклад был осмыслен Божьим Промыслом, который в жизнь людей вложил Господь.

Семья – это не просто некая человеческая придумка, это естественно возникшее устроение, необходимое человечеству для того чтобы выжить. Нужны были помошники, росли дети, они оставались с родителями.  Потом  они  заводили  свои семьи, строили рядом свои дома, жили рядом со своими семьями. Все жили вместе, и так было всегда.

Семьи эти иногда до того умножались, что становились огромными поселениями. Таким поселением, например, была семья Авраама, а сам Авраам был Патриарх.

Вот сейчас, например, все говорят: патриарх, патриарх… Да, есть в церкви патриарх. Это человек, которого люди не знают и он им чужой. Если и видели его где-то, то  издалека, на торжественных мероприятиях. Или по телевизору, или порт­рет его видели. Кто он такой? Мы понятия не имеем. Для нас как личность он ничего из себя не представляет. Относимся мы к нему совершенно безразлично. А ведь он патриарх, он должен быть отцом всех христиан, которые живут в России.

Отец ли он всем верующим людям? Да нет, конечно. Потому что это просто должность, и он ее формально исполняет. И все к ней относятся, как к формальной должности. Ну есть – и есть: церковное начальство.

Все человечество пошло от одной семейной пары, от Адама. Адам жил 1000 лет. За 1000 лет человечество настолько размножилось, что разошлось по лицу всей земли. Представьте себе, что такое 1000 лет.  Это при­мерно  пятьдесят  поколений людей.  Адам видел своих потомков в пятидесятом колене, он был отцом всех. Не все в этой семье было ладно, не все в этой семье было хорошо и добро. Первые же два сына не поладили, и один убил другого и был изгнан Богом из семьи скитаться по лицу земли. Все бывало. Все бывает в семье. Но это была одна семья. И люди, которые жили на земле, всегда могли придти к Адаму, к пращуру и убе­диться в том, что он есть и все они – одна большая семья. Понимаете, это давало возможность людям, несмотря на вражду и распри, все-таки относится друг к другу как к родсвенникам, быть родными. Вот это был патриарх – отец всех живущих.

Понимаете, то, что происходит сегодня в нашей жизни, – это испол­нение мечты диавола, который просил у Бога, еще во время земной жизни Христа, перед кончиной Господа, – просил у Бога, чтобы ему христиан сеять как пшеницу, то-есть рассеять всех поодиночке.

А Господь говорит: «Я молился, чтобы вы были едины, как Мы с Отцом едины». Единство и любовь дает нам образ Троицы: Бог Один, но Он в Трех Лицах. Почему? Потому что Он есть источник любви. И Он любит не Себя, а любит Друг Друга в Троице, Три Лица Святой Троицы любят Друг Друга. Это любовь, которая объемлет все, всю тварь. И образом любви Божией является единство в Троице. Един в Трех Лицах – Бог Отец, Бог Сын, Бог Дух Святый.

Смысл этой любви в том, чтобы всех объединить и любовью этой соединить, чтобы все вместе пребывали в любви Божьей, в любви Христовой и любви между собой.

Иоанн Богослов – любимый ученик Христа, апостол любви, в 100-летнем возрасте, когда он уже был прикован к постели, все силы ушли от него, единственное, что он повторял до  последнего дыхания: «Детки, любите друг друга».

Мечта диавола сбылась с нашей помощью. Мы сами разрушили нашу жизнь и разрушили любовь между собой, постепенно отдаляясь друг от друга.

Когда-то в деревнях жили наши предки. У многих и теперь еще живут там престарелые родители, в заброшенных деревнях. Когда люди жили в деревнях, – у каждого был свой дом, все друг друга знали, все имели непосредственное и прямое общение друг с другом. В огромных деревнях на 2-3 тысячи домов, в общем-то, все знали друг друга и целыми улицами были родственниками.

Вот, например, в деревне, где я служил, есть улица Пугачева, на ней живут одни Кострюковы и они не родственники, они все отдельные семьи. Но все Кострюковы, у всех одна фамилия. Совершенно понятно, как это получилось.  Потому  что  когда-то они были родственниками ипроизошли  от  одного рода.  То-есть  был отец, у него родились дети, они построили дома на этой же улице и имели ту же фамилию. Потом эти дети тоже размножились.  И так образовалась целая улица домов. И эту улицу занимала одна и та же семья, все были родственниками.

Люди жили общинами и назывались они “крестьяне», то-есть “христиане” – это была христианская община. Был обязательно Храм Божий. Селясь вокруг Храма, составляли православную общину. Что такое общинный строй? Общинность-то была церковной. И староста был старостой церкви. Он был  не  просто каким-то начальником, а старшим братом, который имел власть, данную ему от народа распоряжаться общинными средства­ми, помогать бедным, странников селить, распределять по домам. Это делалось Христа ради от всего народа, от всей общины. Это была одна семья, люди жили вместе. И жили они вместе вокруг Христа.

Где двое или трое собраны во Имя Мое, там и Я посреди них. Господь был посреди народа Своего. Он был посреди людей, посреди общины.

И что сделали коммунисты, когда они пришли к власти ? Они говорили: прогресс, прогресс, страна сделала большой рывок вперед. Ельцин как-то сказал: вчера мы стояли на краю пропасти, а се­годня  сделали  большой шаг вперед.  Вот это и есть коммунистический прогресс. Мы, может быть, и приобрели что-то каждый лично для себя и зажили мы здо­рово, но мы утратили нечто такое, что совершенно невозвратимо на зем­ле и плод чего мы сейчас начинаем страшно пожинать.

Коммунисты как власть и все их сотрудни­ки святым Патриархом Тихоном при начале всей этой затеи – были преда­ны церковной анафеме. Церковь постановила: с ними общения не иметь, потому что они не­христи и антихристы, как говорили в народе. Диавол всегда приходит, чтобы соблазнить, убить и погубить.  Соблазн  этот  прежде всего явился в том, что “мы свой, мы  новый мир построим, кто был ничем, – тот станет всем”. Мы заживем, мы всем покажем.  И  сразу как-то было решено: крестьянство, земледелие – это дело второе, десятое, восьмидесятое.  Нужна про­мышленность, города.  Давайте  в городе собирайтесь, мы тут для всех  устроим большое благо, канализацию проведем в дома, электричес­тво подведем – и заживем!

И вы знаете, люди на это соблазнились. И я еще видел, как этот соблазн происходил. Я застал эти времена, когда людей до последнего гноили в деревнях, держали паспорта в сейфе сельсовета. И когда человек уходил в армию, то родители ему говорили: не возвращайся, не воз­вращайся. То-есть, отслужил армию – и в город, женись на городской, цеп­ляйся как угодно: иди в общежитие, в лимитчики, но сюда не возвращай­ся, это кабала. И все деревенские люди за несколько поколений уехали из деревни и обосновались в городах.

К чему это привело? Вот посмотрите, стоит огромный дом в городе, девять подъездов, люди скучены в нем, как в улье. Никто друг друга не знает! Люди на лестничной площадке годами живут и не знают, как звать соседей. Я уже не говорю о том, чтобы в городе с населением хотя бы 10 тысяч человек люди были бы знакомы друг с другом. Ну десяток человек друг друга знают и все. А уж в больших городах – там и говорить нечего. Живут так скученно, и при этом совер­шенно чужие друг другу, совершенно одинокие – как в пустыне. Кружку воды подать некому, человек лежит неподвижен, он  в бедственном положении, никто не зайдет к нему. Люди умирают у себя в квар­тирах и лежат неделями, месяцами, их вынести некому. Потом на­ходят, когда запах начинает идти на весь район.

Как же мы дошли до жизни такой? Почему мы стали чужими друг другу?

В церкви нам талдычат об исполнении запове­дей любви к Богу и к ближнему. Ну, насчет Бога – это понятно, мы Его и знать не хотели всю жизнь. Но насчет ближнего?

Да нет у нас никаких ближних, мы от детей своих постарались изба­виться, мы их выселили в отдельные квартиры, мы всеми правдами и не­правдами бились за то, чтобы детям получить отдельную квартиру, как только они женились, чтобы нам жить самим и чтобы нам внуки не меша­ли, под ногами не путались. И теперь мы внуков видим раз в год, ког­да нам их привезут их Владивостока. А теперь уже не только из Вла­дивостока, а и из соседнего города не привезут, потому что денег да­же на электричку нет ни у кого.

И мы остались одни. Живем и жалуемся, что нас дети бросили. А ведь подходит старость. Что с нами будет, когда ноги перестанут ходить и глаза перестанут видеть? Что нас ждет? Не знаете? Дом престарелых. Построили специальные дома, куда мож­но спихнуть с глаз долой опостыливших старых родителей, которые дав­ным-давно нам не родня, потому что сами от нас отказались. И мы от­казались от них.

Боже, как мы одиноки в этом мире, мы никому уже не нужны кроме Бога. Мы остались одни и виноваты в этом сами, соблазнившись возможностью пожить для себя. Нам эта возможность была предоставлена  коммунизмом, волком  в  овечьей шкуре, который все  нас  уговаривал, что он – для нашего блага, а на самом-то деле он, старый враг рода людского  с рогами и хвостом, прикинувшись овечкой, исполнял  свой  замысел и  свою мечту о том, чтобы рассеять нас, как пшеницу и таким образом разрушить любовь Божию на земле навсегда. Чтобы  все стали чужими друг другу и остались одни.

Этот замысел осуществился в гораздо большей мере в современном обществе, чем можно было себе это представить, именно с помощью того блага, которое нам было даровано совершенно бесплатно. “Бесплатный сыр только в мышеловке” – говорит старая пословица. И нас с вами загнали в нее, каждого в свою клетку. Мы больше не семья. Поэтому  и патриарх – это совершенно формальная фигура наподобие президента. Это кто-то, кто мелькает в телевизоре. Он нам не отец. Поэтому сегодня наш епи­скоп – пастырь Церкви – не среди нас, а сидит в охраняемой резиден­ции за высокими стенами. К нему не пробиться и не увидеть его, да­же когда есть нужда. И священник сегодня, хоть его и назы­вают батюшкой, – никому не отец. Он просто чиновник и функционер, который ведет определенное театрализованное действо в церкви. А пришедшие в храм – не братья во Христе, но чужие друг другу люди.

Мы все здесь чужие. И поэтому любовь Божия, которую Господь изливает на мир, не действенна. Мы все сказали Богу Отцу своему: раздели нам имение, мы хотим все жить по отдельности.

Отец разделил имение сыну и сын получил имение, и, видимо, большую его часть. Но любое имение имеет свойство кончаться – в отличие  от любви, о  которой  апостол говорит: «любовь  никогда  не перестает». Деньги, сколько  их  не  запаси, всегда кончаются. Тот, кто пробовал, сталкивался с тем, что копить деньги в этом случае нужно всю жизнь. Тот, кто копит деньги, на са­мом деле самый нищий в этом мире и самый бедный. У него никогда ниче­го нет. Он всегда ограничен и нуждается, потому что он деньги склады­вает. А их невозможно накопить на всю жизнь. Никогда не наступит та­кой момент, когда человек скажет: ну все, я накопил, теперь можно тратить.  Истратил копейку и вдруг понимает: если я копейку истратил, то у меня завтра деньги кончатся.

Была такая интересная басня Крылова, где человеку дьавол дает ко­шелек и говорит (а человек был бедный и нуждался): вот смотри, ви­дишь – там червонец, вынимай. Он говорит: вижу – и вынул. И сразу там другой показался. И дьявол говорит: сколько бы ты ни вынул, там будет следующий. Но учти, как только ты истратишь первый червонец, этот процесс прекратится, то-есть следующий перестанет появляться. Они будут появляться до тех пор, по­ка ты их не тратишь. И человек этот умер с голоду, вытаскивая свой третий миллион.

Блудный сын думал так: вот отец живет хорошо, мы хорошо живем потому, что у него имущество есть.  Я сейчас возь­му часть денег, которые мне причитаются  и тоже заживу хорошо сам по себе – для себя. Не вышло. Через год он оказался на поле со свиньями и хотел свиными рожцами напитаться, но никто не давал ему. И тогда он пришел в разум, он догадался, он понял.  До чего он до­думался? И до чего доведет нас, наконец, наша одинокая жизнь?

До того, что не перестает и не истощается только любовь. Только когда мы вместе и стараемся быть вместе, любить друг друга, делиться друг  с другом тем, что у нас есть, – только тогда жизнь начинает умножаться, рождаются дети, эти дети любят нас, нам помогают. Потом внуки.  Все вместе они покоят нашу старость, любят нас.  Провожая  нас  в могилу, плачут о нас, скорбят об утрате нас. И потом будут за нас молиться еще много, много поколений, когда уже память наша исчезнет с земли.  А имя по-прежнему в церкви будет произ­носиться каждый день и поминаться нашими родственниками и церквью.

Таким образом любовь между нами никогда не перестанет и мы всегда будем вместе – навсегда. Вот что задумал Господь и вот что Он хотел от нас.  А мы, блудные дети, разделили с ним имение и удалились на стра­ну далече пожить для себя. Таким образом, нас никто не обманывал, мы обманули себя сами. Мы решили: моя жизнь – моя!  И я буду жить ее для себя.

Сегодня Неделя о блудном сыне.  Читая Евангелие, никто, как правило, не относит прочитанное к себе самому, к своей персоне.  А ведь блудные дети – это все, кто захотел жить для себя.  И  единственная  возможность для нас хоть что-то в своей жизни исправить – это вернуться в церковь. И если мы уже чужие друг другу, чужие нашим родственникам и детям по своей вине, – мы можем  хотя бы в храме попытаться стать родными друг другу с теми, кого нам Бог послал.

Мы стоим в храме Божием – такие разные, такие чужие друг другу. И опять норовим и здесь разделить имение с Богом: пытаемся заплатить. Для нас это по-прежнему дом торговли, который  мы  сделали по слову Христа вертепом разбойников. Мы пытаемся  купить  здесь  свечку поминовения, расплатиться, и заплатив 3 копейки, успокоиться на том, что мы с Богом в расчете.

Мы здесь все чужие.  И никто никогда не пытается придти, например, и сказать: вы – моя семья; что  мне  сделать  для вас, я хочу помочь чем-нибудь  своей семье. Хочу, чтобы мы жили вместе, разделили друг с другом любовь между собой.

И Христу мы чужие. И  как же Ему одиноко здесь, среди нас, чужих – также как и нам – «в одиночестве среди людей».

Мы пришли сегодня сюда с вами, блудные дети, оду­мавшись и поняв, что нам так плохо жить одиноко. Что мы с вами совершенно обни­щали любовью  и человеческим братством, растеряв его сами, расттеряв его в суете человеческой, мирской жизни. И пришли сюда, может, и не понимая этого, но по зову сердца – пришли затем, чтобы обрести его снова в церкви.  Но  обрести мы его можем только одним способом – начав свою жизнь  жертвовать  и раздавать своим ближним, разделив свою жизнь с ними.  А  не пытаться опять отгородить свою часть имения и купить за деньги то, что здесь нам полагается от Бога.

Если мы здесь с вами не научимся быть вместе, то кто нас возьмет в Царствие Небесное, которое есть любовь между всеми – как у Бога в Троице?

Давайте учиться любить, пока не поздно, пока мы еще живы. И тогда, может быть, Господь, признав в нас Своих блудных детей, побежит и кинется нам на шею, как Он это сделал с блудным сыном. И примет нас назад в кровы Свои, в любовь Свою, которая никогда не кончается.

Олег Чекрыгин

You Might Also Like

One comment

  1. 1

Добавить комментарий