Breaking news, Авторские колонки, Актуальные темы, Главный редактор, Олег Чекрыгин

Читаем Библию вместе-7

Читаем Библию вместе-7 Читаем Библию вместе-7 s1200 500x400

Давид на царстве: от Саула до Соломона

Итак, Давид, воцарился. И как же он отпразновал свое воцарение? Весьма оригинально.

Один чувак решил себе поднабрать авторитету, в глазах всей шайки возвыситься. После того как филистимляне ухайдакали всю еврейскую банду как есть, ликвидировав ее целиком, вместе с зачинщиками, и Саул-царь самоликвидировался, зарезавшись на глазах у победителей,  мародеры, как всегда, оказались самыми первыми на покинутом поле боя, и начали обдирать мертвяков, пока те не протухли. Причем, интересно, что с обеих воюющих сторон всегда наблюдается мир и согласие во всем между грабителями мертвых – принципиальность межэтнической вражды уступает место добыче, которой хватит на всех.
Один из преуспевших поснял с мертвого Саула, что было ценного. И поспешил к Давиду в надежде еще подзаработать и добрым вестником: вот, мол, враг твой убит, и вот тебе его вещи, это я принес их тебе, чтоб ты не сомневался. Давид спрашивает, мол, как он умер-то, а мародеру еще и прихвастнуть охота, выслужиться перед новым боссом. Я, грит, сам его дорезал, собственноручно, когда он на своем копье висел полуживой и молил о смерти – ну я и сжалился над ним. Вроде, беспроигрышный вариант: и врага давидова прикончил, да еще и из человеколюбия – ну прям герой, достойный царских милостей. И Давид их ему оказал в полной мере: убейте, говорит, этого шакала за то, что он поднял руку на помазанника божия. Такие вот они, царские милости.

Ну, как говорится, что начал делать с утра, будешь делать до вечера. Так с Давидом и вышло, оказался он во всех смыслах редкостным негодяем.

С первого дня началась междоусобица между шайками Давида и Саула, за Давида впряглись друганы из колена иудина, а сауловские выбрали своим вожаком сына саула, оставшегося в живых. Семь лет тягались, чей бизнес круче, а потом забили стрелку, чтоб договориться без оружия и жертв. И когда сошлись по двенадцать с каждой стороны, сходу, не сговариваясь, ножами, которых у них не было, порезали друг друга насмерть – известное дело, честь превыше всего. Тогда уже не таясь кинулись стенка на стенку с цепями и кастетами, и перебили евреи друг друга мало что не до последнего.

Потом, спустя время, в сауловой шайке начались раздоры за власть, кому быть паханом, саулова сына его бандюки предали и убили, а Давид, к которому они поспешили с «доброй вестью», их всех по своему уже усвоенному ранее обычаю тоже перерезал: предателю – первый кнут. Саулова банда, оставшись без предводителей, сдалась на милость победителю и наконец-то Давид воцарился над всем Израилем. И чем же занялся? А все тем же: грызней, грабежом, войной и убийствами. А его бох? Во всем, как есть, его поддерживал и помогал сживать со свету всех, кто под руку подвернется все сорок лет его царствования.

«И взял Давид венец царя их с головы его, – а в нем было золота талант и драгоценный камень, – и возложил его Давид на свою голову, и добычи из города вынес очень много. А народ, бывший в нем, он вывел и положил их ПОД ПИЛЫ, ПОД ЖЕЛЕЗНЫЕ МОЛОТИЛКИ, ПОД ЖЕЛЕЗНЫЕ ТОПОРЫ, И БРОСИЛ ИХ В ОБЖИГАТЕЛЬНЫЕ ПЕЧИ. Так он поступил со всеми городами Аммонитскими. И возвратился после того Давид и весь народ в Иерусалим», – и вот так каждый день на арене нашего цирка все сорок лет давидова правления! Гитлер-пионер нервно курит в сторонке. И все это, заметьте, братья-семиты.

Но своя вишенка на торте и тут имеется, и даже не одна.

Во-первых, Давидке как-то раз чужая жена очень глянулась, за которой он подглядывал через дырку в душевой общественной бани, как она там голая моется – притом, что у него своих жен было не перебрать, целая бабья рота. Но меры в женщинах и в пиве он не знал и не хотел. А тетка та была замужем, как водится, за лепшим друганом того Давидки, заправилой ватаги его боевиков. И пока тот за другана своего с окрестными бандами резался, дружок затащил его женку к себе и снасильничал. И все бы ничего – подумаешь, краля какая, перетерпит, чай, и мужу ни гу-гу, шоб не пришил сгоряча. Да вот беда-то: бог шельму метит – понесла, обрюхатил Давидка друганову лярву сдуру-то. Нет бы хоть презервативом воспользоваться – куда там, так спешил, что обмишулился, значить. Ну, думал думу Давид – и надумал, баба надоумила. Пришил дружка-то, да и дело так обтяпал, будто враги его порешили. Своячку письмецо отправил – и вот здесь самое вкусное – аккурат с мужем обрюхаченной им телки, чтоб тот, как на стрелку выйдут с пацанами, сзади пальнул бы будто невзначай, пальба со всех сторон начнется, все всех положат, и концы в воду. Приятно Давидке было думать, что муженек его бабы свою смерть собственноручно привез и передал в конверте убийце в собственные руки. И когда все вышло по-задуманному – как водится, устроил бывшему другу пышные похороны и поминки по первому разряду. А женку его беременную после взял за себя, вроде как позаботился о друговой сиротинушке. И все бы шито-крыто, но один вредный журналюга разнюхал про эту подставу, и начал Давидку нашего шантажировать, дурень безмозглый. Ну, только его и видели – да ведь умный прохвост оказался, заранее озаботился на случай своей безвременной кончины и слил всю эту историю в прессу. И скандал стало уже не замять.

А тут как раз – от переживаний ли, или от естественных причин – случился у подруги выкидыш. Вот тут-то Давидка себя за локоть крепко укусил. Подумать только, надо было просто малость подождать, не кипишить. Или на край двинуть дуру сапогом в живот будто и нечаянно – и все дела. А тут и друга потерял, и на похороны потратился, один мраморный памятник во весь рост влетел в копеечку еще какую. И перед пацанами опозорился, не по понятиям хезанул. Его бы за такую шмась на ножи поставить, да уж больно Давидка лют был – шутка сказать, самого Голиафку-верзилу враз заделал. Не решились пацаны пока на рожон лезть, на потом дело отложили в долгий ящик- а зря. Но об этом – в другой раз.

И вот жеж хохма, трагикомедия какая с тем памятником вышла, будто нарочно кто  промашку подгадал. Давид другана свово генералом на поле боя выставил, стоит такой весь героем распетушенный, в трубу подзорную смотрит будто на поле сражения, а на башке ему сладили треуголку с перьями – и все как есть из мрамора. И надо ж такому сделаться конфузу: по недосмотру мастера ему в заложенную за спину руку другую треуголку всунули, сложенную, будто снял чтоб глядеть в трубу не мешала – и перья петушиные аж по земле волочатся. И ведь не сразу заметили, деньги все уплочены, а на открытии памятника при народе пацан махонький углядел, да как заорет: у него две шляпы! В общем, король-то голый оказался перед всем народом, то есть – что я говорю – царь!

Давид за это все на бога крепко обиделся, а тот на него за коварное убийство верного дружка – посрались и разошлись. И надолго, то есть даже навсегда тот бог из бедовой Давидкиной головушки куда-то делся, пропал, будто и не было его вовсе. А может, и вправду не было, и все это одна шиза? Психиатрию тогда еще не освоили, и придворного мозгоправа у Давида не было, так шо не знаем, история умалчивает.

А от той другановой шлюхи у Давида другой ребенок родился, назвали его Соломоном. И стал то Соломоша потом, как вырос, хоть и был меньшой, последний в очереди на царство, давидкиным  наследником, царем. Всех других детей до него бывших, старших его, обошел, обвел и вывел, кого уморил, кого пришил, кого хитростью извел и со свету сжил, как кого – и за то получил погоняло ПРЕМУДРЫЙ. Но это уже другая история.

А во-вторых, то есть вторая вишенка в том, что никаких «псалмов Давида» в природе не существует, как и, скорее всего, не существовало и самого еврейского царя-героя. В истории от него не осталось никаких следов нигде кроме еврейской библии, верить которой ровно то же, что верить в Деда Мороза. Современная библейская археология также, к своему великому недоумению и разочарованию, никаких признаков реального  существования этого библейского персонажа не обнаружила в раскопках по всей Палестине. Что же касается псалмов, то все они существовали задолго до описанного в библии времени Давида, и были просто перенесены копипастом в еврейскую библию из более древних литературных памятников. Причем, что характерно, евреи присвоили эти молитвенные гимны себе, просто тупо поменяв имена богов – Эла, Ваала и других – к которым эти гимны взывали, на своего Яхве, и дело в шляпе, простенький и незамысловатый плагиат вполне в еврейском духе. А потом, собрав всю свою литературную добычу в кучу, назвали псалмами несуществующего Давида, которому вручили авторство этого древнего литературного воровства, чтоб ни у кого не было никаких сомнений в еврейском происхождении этих песен.

***

Что лично меня в библейской истории более всего удивляет, так это бессмысленная жестокость еврейских зверств. Еврейский бог требовал от своих адептов непременно всех неевреев извести под корень, под предлогом того, чтобы не было у евреев соблазна поклоняться чужим богам. Интересно, почему же они все-таки всегда стремились своему богу изменить и отделаться от своего небесного опекуна? Видать, не от хорошей жизни, поскольку от добра добра не ищут. Впрочем, о чем это я?  Какой-такой бох? Весь этот бох – не более чем выдуманное оправдание всей той дичи еврейского фольклора, которую евреи выдают за подлинную историю своего народа. Что, впрочем, исторически ничем не подтверждается. Буквально все списано евреями на бога: лихие победы приписаны особому личному участию бога, поражения – грехам народа, которые почему-то бог оглашает уже после избиений своих избранников чужаками, а не до того, чтоб их предупредить заранее. Природные катаклизмы, мор и болезни тоже насылает милостивый благодетель на своих любимцев за прошлые прегрешения, зачастую отделенные от кар целыми веками и многими прошедшими поколениями. Все это на непредвзятый взгляд выглядит натягиванием религиозной совы на глобус естественного исторического развития и хода событий. Не было никакого бога евреев, а их суеверия являются лишь самооправданием народа, за деяния которого ответствен только он сам и более никто. И если посмотреть с этой точки зрения на библейский героический эпос еврейского народа, то просто оторопь берет: человеконенавистническая идеология бессмысленной и беспощадной жестокости, реальной или только лишь воображаемой  в фантазиях обиженного на весь свет народца является ОБЫКНОВЕННЫМ ФАШИЗМОМ, и ничем другим. Еврейская библия должна быть запрещена по всему свету как нацистская литература наравне с «Майн кампф» Гитлера и изъята из свободного обращения, как запрещенное экстремистское издание.

А теперь задумайтесь, христиане, зачем вы держите у себя дома эту фашистскую мерзость? Зачем поклоняетесь ей, как святыне, наравне с Благой Вестью Иисуса? Зачем пересказываете своим детям эти пакостные истории про таких вот саулов и давидов, кровопийц, жестоких, подлых и коварных садистов, кровавых маньяков, одержимых жаждой убийства? И ставите их СЕБЕ и детям в пример героизма и святости. Это же форменные моральные уроды, дикари и извращенцы. И даже если допустить, что в далекой древности таковы были общие нравы – не пора ли отправить всю эту еврейскую гниль на свалку истории по причине утраты доверия? Подумайте христиане, зачем вам эта еврейская нацистская «святость» в качестве вашей, христианской? И не дураки ли вы, соглашаясь с древней еврейской дикостью, как со своей святыней, спросите себя сами.

Олег ЧЕКРЫГИН

https://zen.yandex.ru/media/id/5e15dd31dddaf400b1f6c8aa/chitaem-bibliiu-vmeste7-5eabe9c649d6c31325ad688c

 

 

 

You Might Also Like

Добавить комментарий