Актуальные темы

Роль жертвы

Роль жертвы Роль жертвы ds 06 716  4s7 373x300

В том, чтобы из провокатора превратиться в «пострадавшую сторону», нет ничего нового. Вот и в истории Второй мировой Россия значится именно «жертвой» — и это каким-то образом снимает с повестки дня пакт Молотова–Риббентропа

Патриарх Кирилл отпраздновал шестилетие своей патриаршей деятельности. Торжества в храме Христа Спасителя, Архиерейское собрание, речи и поздравления, в том числе от президента РФ. Шесть лет — дата, мягко говоря, не круглая. Но что делать? Это, в общем, не новая идея: чем хуже идут дела, тем пышнее праздники, но вся эта медь звенящая и ворох бутафории скрывают под собой довольно непривлекательную картину. За шесть лет во главе РПЦ патриарх Кирилл разрушил все, до чего смог дотянуться. Не только на внешнеполитическом — «русмировском» — направлении, но и в самом русском православии. От церкви отворачиваются даже те, кто всего лет десять назад искал в ней духовную опору.

РПЦ на заре патриаршества Кирилла, отказавшись от идеи Поместных соборов, сузив до полного исчезновения участие мирян в жизни церкви, обложив духовно-казенными инструкциями все, что можно (из последнего — как, когда и каким образом приступать к Причастию), сейчас оказалась неспособна собрать даже архиереев на полноценный Архиерейский собор. По случаю пышных торжеств, посвященных шестилетию интронизации патриарха, удалось созвать лишь «архиерейское совещание», оказавшееся чистым недоразумением. Во-первых, никакого «совещания» нет в уставе церкви. И, соответственно, во-вторых, непонятно, каков статус принятых этим «собранием» документов. Архиерейский собор «не сложился», в частности, из-за того, что в Москву без объяснения причин не поехала часть украинских архиереев. В Москве их отсутствие тоже никак не комментировали — по крайней мере, публично.

Патриарх Московский потерял значительную часть России, потому что оказался совсем не «менеджером», как обещал его некогда главный пиарщик, а теперь очень в нем разочаровавшийся протодиакон Андрей Кураев. Он оказался партфункционером советского образца: мастером по созданию видимости бурной деятельности, демонстрирующей якобы «интеграцию церкви и общества», а на поверку — направленной только на достижение личных финансовых и карьерных целей.

Когда вам говорят, что патриарх Кирилл «укрепил РПЦ», спросите, почему он не смог собрать Архиерейский собор. Когда вам скажут, что он «поднял авторитет православия в обществе», спросите, сколько верующих было на пасхальном богослужении в московских, например, храмах, и сравните с количеством мусульман, собирающихся у Соборной мечети
на Курбан-байрам

Стоит ли удивляться, что этот человек оказался таким уязвимым для чекистской власти? Президенту РФ довольно непросто приходилось с прежним патриархом — Алексием. Несмотря на все связи, которые патриарх Алексий имел с КГБ. То ли он звание имел повыше, чем президент, то ли дело было в еще свежем христианском воодушевлении россиян и, соответственно, популярности РПЦ и ее главы, но патриарх Алексий доставлял Путину массу неудобств. Особенно остро их противостояние обозначилось во время войны с Грузией, которую патриарх Алексий принял так близко к сердцу, что фактически прекратил свои контакты с Кремлем.

Поэтому следующим патриархом Московским оказался человек, куда более удобный власти, но неудача для тех, кого он возглавил. Путь Путина как политика обозначен потерями и преступлениями. Путь патриарха Кирилла — потерями и травмами. Они оба умеют «держать лицо», что делает их прекрасными актерами на медиаплощадке. Но реальность тут и там дает трещины. Когда вам говорят, что патриарх Кирилл «укрепил РПЦ», спросите, почему он не смог собрать Архиерейский собор. Когда вам скажут, что он «поднял авторитет православия в обществе», спросите, сколько верующих было на пасхальном богослужении в московских, например, храмах, и сравните с количеством мусульман, собирающихся у Соборной мечети на Курбан-байрам. Если же вы считаете, что он придал православию «государственное звучание», поинтересуйтесь, почему патриарх повторяет слова Путина, а не Путин цитирует патриарха. Сравните позицию патриарха Алексия по Грузии и патриарха Кирилла по Украине. И вам станет ясно, что это не патриарх «придал православию государственное звучание» — это сделал Путин.

Именно Путин диктует «украинскую» политику патриарху Московскому. Любые иллюзии на этот счет развеивает «торжественный» доклад патриарха и финальный документ «архиерейского совещания». Патриарх откровенно принял сторону сепаратистов в украинском кризисе и даже перенял их риторику. Тем самым он противопоставил себя всей Украине, вычеркнул себя из большинства украинских сердец. И все-то, что он сделал, — просто повторил слова Путина. О необходимости установить в Украине «справедливый» (а не какой попало) мир. О «широкомасштабном диалоге» и о том, что «судьбу страны» должны решать «люди разных политических взглядов, культурных и языковых предпочтений» и чтобы «никакая из общественных сил не была исключена из процесса принятия решений».

Но в то время как Путин не устает настаивать на том, что «Россия — не сторона конфликта», патриарх и не думает самоустраняться. Причем интересно, как модифицировалась его риторика за последние полгода. Если еще недавно преобладал месседж «неважно, кто начал, — важно прекратить любой ценой», то теперь патриарх настаивает на том, что «каноническая церковь», которую он возглавляет, — не просто «сторона конфликта», она «жертва». Конечно, в таком трюке — из провокатора превратиться в «пострадавшую сторону» — нет ничего нового. Вот и в истории Второй мировой Россия значится именно «жертвой» — и это каким-то образом снимает с повестки дня пакт Молотова-Риббентропа.

Роль жертвы Роль жертвы p 51670534

Роль «жертвы» во всем, что касается конфликта в Донбассе, — нынешнее амплуа «канонической церкви» и ее предстоятеля. «Каноническая церковь» страдает от обстрелов. Причем — иногда намеком — больше всех прочих, «неканонических». То есть вопрос «от чьих обстрелов?» как бы содержит в себе ответ. Страдает она и от «иного рода насилия» — патриарх не поленился перечислить в своем докладе пострадавших поименно, а также «противоправные задержания», «допросы», «побои», «угрозы» со стороны «националистических группировок» (разумеется, безымянных). Патриарх поведал миру о том, что ему известно о «заочных смертных приговорах» «по крайней мере» десяти клирикам УПЦ! Тут, впрочем, имена названы не были. Но осадок у слушателей наверняка остался.

При этом, как вы понимаете, ни слова о протестантских пасторах, убитых не шальным осколком, а расстрелянных «православным воинством» вообще без всяких «приговоров». Ни слова о «незаконных задержаниях» и насилии над клириками греко- и римо-католической церкви, не говоря уже о «раскольниках». «Жертва» у этой войны только одна, и патриарх Кирилл дает понять, что это место занято.

О «русском мире», как о пакте Молотова-Риббентропа, разумеется, ни слова. Одни только «националистические группировки» сыплются с патриарших уст. Что он понимает под этими «группировками»? ВСУ? Нацгвардию? «Правосеков»? «Кровавую хунту», она же законная украинская власть? Каждый подготовленный Киселевым телезритель сам подставит нужную переменную.

Впрочем, «держать лицо» у патриарха тоже получается все хуже. Конечно, факт присутствия на его «торжествах» в ХХС представителей украинской и грузинской церквей не выпятил только ленивый. Аналогия прозрачна: как Грузия, несмотря на войну, «наша», так и Украина никуда не денется. Тут, впрочем, аналогия не просто хромает — на ладан дышит. Потому что эта картинка только подчеркнула разницу между патриархом Алексием, осмелившимся осудить действия Кремля, и патриархом Кириллом, который сделал из «русского православия» смертельное оружие и преподнес его в подарок Путину.

Екатерина Щеткина

Источник

Вам также может понравиться

Добавить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать данные HTML теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Антибот: сложите картинку