Актуальные темы

ПАРАДОКС ПАВЛЕНСКОГО И РЕЛИГИЯ ПРОТЕСТА

ПАРАДОКС ПАВЛЕНСКОГО И РЕЛИГИЯ ПРОТЕСТА ПАРАДОКС ПАВЛЕНСКОГО И РЕЛИГИЯ ПРОТЕСТА newsFederal 20102014 3655 b7a68d26cb983bc8e7dd4c98c48a1e57 710x434

Часть четвертая — Аскеза и жизнетворчество

Я напоминаю, что «религия протеста» — условный термин и не предполагает веры в трансцендентное. Но при этом мотивирует все поступки человека. Петр Павленский часто говорит о повседневности, которую важно переформатировать, чтобы освободить человека от ложных кодов, ритуалов , практик. В фильме Инны Денисовой «Огонь, иди со мной» Оксана Шалыгина, соратница Петра Павленского, рассказывает, как устроена и чем определяется их домашняя жизнь.

Повседневность Павленского – это пространство, свободное от вещей (шкафы выбросил, одежда взрослых и детей помещается на одном крючке); вегетарианство (не убий животного); любовь, творчество, искренность. Как удержаться от религиозных аналогий? Жилище отшельника и аскета. Даже скучно сравнивать с дворцами патриарха или Путина.

Сейчас он переосмысляет повседневность психиатрической клиники в Центре имени Сербского, куда его отправили на очередную экспертизу, несмотря на то, что уже несколько психиатров признали Петра здоровым человеком. В клинике он создал свою типологию буйных и спокойных. «Если человек может разговаривать, если человек интересуется тем, что с ним может произойти, он высказывает какое-то мнение, этот человек попадает в категорию буйных».

Как следствие, суды и тюрьмы производят преступников, так и больница производит безумие, считает он. То есть государство является источником тех бед и того зла, которым оно призвано противостоять. О карательной психиатрии была его акция «Отделение»: на крыше Института имени Сербского художник разделся, и ножом отрезал себе мочку уха: «Нож отделяет мочку уха от тела. Бетонная стена психиатрии отделяет общество разумных от безумных больных. Возвращая использование психиатрии в политических целях, полицейский аппарат возвращает себе власть определять порог между разумом и безумием».

Эта акция, возможно, была вдохновлена не только Ван Гогом, но и примером его соратницы.

Акционизм и средневековье

Сегодня много говорят о новом средневековье в негативном ключе, как о клерикализации, деспотии, инквизиции. Но средневековая культура была гораздо сложнее: она включала в себя мощное смеховое начало, богатый мистический опыт, который часто был протестом против официальной религии, художественный поиск и многое другое. Современная культура протеста порой возрождает черты средневековой контркультуры: возвращается тема юродства,  шутовства, карнавала, аскезы, визионерства, религиозного поиска.

Одна из историй, рассказанных Оксаной Шалыгиной, отсылает нас к средневековой практике самобичевания и, вновь, к теологии травмы: «У нас с Петей уже были свободные отношения, но существовал договор все друг другу рассказывать. Я нарушила слово. После действия ты можешь сказать тысячу слов, но они уже не будут иметь никакого значения и веса. Я долго думала, как я могу соединить разорванную связь между реальностью и своим словом. И в какой-то момент поняла, что нужно сделать. Я отрубила себе палец. Назначила себе такую цену за нарушенное слово – две фаланги мизинца».

Вспоминается царь Эдип, выколовший себе глаза, отрубленный палец как образ инициации (Пропп), можно вспомнить о ритуалах Якудзы и австралийских аборигенов, но обратите внимание на смысл этой акции. Да, акции, потому что жизнь Петра и Оксаны наполнена осмысленным жизнетворчеством, в ней много поступков, которые вскрывают болезненные гнойники общества, и противостоят культу потребления, гламуру, презрению к человеку и природе, насилию над личностью, школьной муштре и семейной кабале.

Оксана хотела «соединить разорванную связь между реальностью и своим словом», и тем самым вернуть себе и своим отношениям целостность. Вот бы стране вернуть эту разорванную связь! Но это возможно только через такое же глубокое раскаяние, через острую боль потери себя. Эта акция-ампутация – мощный вызов стране, погрязшей во лжи, одурманенной пропагандой, готовой принять любое преступление власти, чтобы сохранить собственное благополучие. И на этом фоне женщина отрубает себе палец, потому что она нарушила слово, данное любимому человеку. Памятник в честь акции Оксаны должен стоять в центре Москвы, как напоминание о ценности слова и правды.

Для средневековых мистиков физическое страдание было одним из средств воссоединения с Богом. Оксана видит в травме средство воссоединения с самой собой и с Петром. В том и другом случае мы имеем дело с антиномией разъятия-воссоединения: отделение телесной части приводит к восстановлению внутренней цельности личности и ее отношений с Другим.

Лирический финал

Кажется, что Петр Павленский родился художественным персонажем. Представим, что однажды ночью «Странник» Босха дошел до Петербурга, или прозрел один из «Слепых» Питера Брейгеля Старшего. Оживший персонаж стал превращать пространство города в живое полотно: он накопил такой заряд художественной энергии, что тело его придает массу смыслов даже самому лаконичному жесту. Само тело – символ воплощенный.

Но почему только Босх или Брейгель? Павленский мог сойти с иконы аскета или мученика, с картины «Путь на Голгофу» или «Снятие с креста», а мог сбежать из фильма об изгоях и париях, из «Места на земле» Артура Аристакисяна, например. Горящие глаза, истонченная, или истощенная, плоть, внутренняя сила, и явная иномирность.

А можно без мистики и лирики? Можно. Это художник, который создает доходчивые, порой тривиальные, образы: зашитый рот, человек в колючей проволоке, «мужик без яиц», отрезанное ухо Ван Гога, горящие покрышки Майдана и дверь в огне… Есть тут и ремейк, и клише, и однозначность.

Свое искусство Петр Павленский называет политической пропагандой, когда слово «пропаганда» накрепко связана с лживыми потоками кремлевских СМИ, и  ему в ответ наверняка говорят, что политика – дело грязное, от нее надо держаться подальше. Но Павленский не боится опороченных слов и истертых образов. Он легко наполняет и те, и другие новым смыслом. В искусстве это называется художественной трансфигурацией. В религии – преображением.

Елена Волкова

Вам также может понравиться

Добавить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать данные HTML теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Антибот: сложите картинку