Актуальные темы

Отчего умирают священники РПЦ

Памяти дорогого батюшки, о. Дмитрия Алферова.

Сайт Челябинской епархии пополнился очередным некрологом.

21 декабря 2013 года ушел к Богу протоиерей Игорь Казанцев, настоятель храма в честь Андрея Первозванного в Миассе. Сильный, здоровый человек не выдержал нервных перегрузок (его уволили с места настоятеля храма в городе и перевели служить в поселок) и тяжело заболел. Скоротечный рак — на руках у матушки остались трое ребятишек, мал-мала-меньше. Тогда о. Дмитрий мне сказал, вернувшись с тех похорон — ну что же, я — следующий. У него тогда уже тоже начались «нервные перегрузки» — сначала с того, что на храм наложили оброк больше обычного в два раза, а потом пошли разговоры о том, что храм, который о. Дмитрий строил и создавал с 1996 года — превращают в монастырь. Я его уговаривала, уверяла — что все будет хорошо, мы ездили молиться — в Чимеево, в Чудиново, общались с ним каждый день — он писал у меня на форуме под псевдонимом. А он говорил — лучше бы мне умереть…… Заберут храм, и пусть делают что хотят. А я этого всего видеть не буду.
Когда вместо обычных десяти процентов митрополит стал брать 25 — для о. Дмитрия это был серьезный удар. Он не мог остановить стройку, строилась воскресная школа, домик для детей и туалеты, без которых храм, который находился далеко от жилого района, существовал трудно. Пришлось влезать в долги. Потом новведение — митрополит запретил обращаться за помощью к спонсорам, с которыми о. Дмитрий выстраивал длительные, по несколько лет отношения. А те, узнав, что теперь все пойдет напрямую в казну митрополиту — просто отказались помогать. Наш город хоть и большой, но новости распространяются по нему со скоростью света. А уж резиденция для митрополита, которую он построил, чтобы принимать теперь уже бывшего губернатора (тот и туда сделал вливания, добрый поступок, однако, правда, удивительно???!!!) стоимостью около двадцати миллионов рублей как-то утаить сложновато. Деньги туда скачивались и со всех приходов. А митрополит только красиво «махал руками» в Москве — я вам построю пять!!!! монастырей!!! Когда стало известно об этом его обещании Патриарху — священство наше совсем приуныло. Храмов у нас строится раз, два и обчелся. Строятся тяжело и трудно. Поверьте, знаю об этом не понаслышке — мы своей семьей помогаем этим стройкам. Буквально каждая копейка экономится, рабочим платить нечем. При этом «оброк» снимается в полной мере даже со строящихся храмов. А еще наш митрополит пообещал построить большой собор…….

Месяц назад пришло известие — уже решено, что храм о. Дмитрия забирают под монастырь, митрополит сделал его архиерейским подворьем. Этот храм — лучший в нашем городе. С большой ухоженной, очень красивой, летом утопающей в цветах территорией — садом, с теплицами, со столовой для малоимущих, с большой воскресной школой, с множеством кружков для детворы, храм-красавец, стоящий на берегу озера, в который съезжались люди со всего города. Под монастырь, в котором нет монашеской общины, монастырь, за оградой которого — городской пляж. Разоряя храм со сложившейся общиной. Зато все готово — и храм, и постройки, и сад, и огород. Очень удобно. Правда? Только вот неудобно — куда деть батюшку то? Вот тут и стал он говорить — я просто сейчас хочу умереть. Очень хочу……

У о. Дмитрия был уже инфаркт. В то время он служил с митрополитом Иовом. В лихие 90-тые им предлагали отмывать деньги. А за отказ в ход шли угрозы. И когда о. Дмитрию стали угрожать жизнью дочери — у него случился инфаркт. Тогда он выжил. Как и в горячих точках, вернувшись с медалями. Сейчас время покруче лихих девяностых. Потому что, когда гнобят так жестоко, бессмысленно и несправедливо свои же — стократ тяжелее и труднее. Не справился. Как бы сказал — «ниасилил».

У него рушилась жизнь. Храм был для него как дитя, выношенное, выстраданное, выращенное. С 1996 года, с нуля, с пустого места, нет — с болота, он строил и создавал не только прекрасный храм, постройки и территорию рядом, но и настоящую общину, в которой все знают и любят друг друга, растут, развиваются, общаются, учатся, знакомятся, венчаются, рожают и крестят детей. Он учил тому, что однажды так потрясло его и изменило всю его жизнь — Евангелию. И вся община была против того, чтобы был монастырь. Но митрополит своей жесткой рукой надавил, и заставил тогда его написать интервью — о том, что он согласен. Мы стали бояться — что о. Дмитрия снимут и вообще переведут в другое место. А он не выдержит — диабет, слабое сердце….И мы все замолчали. А неделю назад, перед престольным праздником — он узнал, что «оброк» еще увеличили на 300 тысяч. Это была абсолютно неподъемная сумма для храма, в котором было уже остановлено строительство. Нужно было увольнять людей, которые уже и так работали на голом энтузиазме. Он отслужил престольный праздник и ушел. К Богу.

Очень тяжело об этом говорить. Сердце не смиряется, душа протестует, мозг отказывается принять то, что больше мы не услышим и не увидим его.

Это был один из лучших людей, которых я знала за свою жизнь. Умнейший человек, с потрясающим чувством юмора. Большой молитвенный труженик, евангелист — его проповеди были живыми, он как- будто говорил, обращаясь к каждому из нас, заглядывая к нам в сердце. Он научил меня любить церковь. Он научил меня молиться. Он научил меня верить и любить, научил той Любви — когда она — жертва, жертва ради ближнего, когда нужно уметь отдавать свою жизнь на служение. Он — великий человек, но всю его мощь до конца нам еще суждено будет осознать после того, как его не будет с нами. После того, как его уже нет с нами.

Со святыми упокой. +++

Помяни нас там, дорогой наш батюшка. Мы всегда будем тебя помнить.

Татьяна Мараховская

Блог Т. Мараховской

You Might Also Like

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *