Breaking news, Авторские колонки, Актуальные темы, Главный редактор

Думайте!

Думайте! Думайте! 1667 551x400

Думайте сами, своим Богоданным и Богоподобным умом , данным нам Богом не для того, чтобы шапку на башке носить и еду в голову  есть

Чувствую, что мои последние публикации произвели смущение в умах: все эти «отражения в зеркалах» и прочая заумь, возможно, непонятна читателям, и кажется слишком искусственной попыткой объяснить духовные явления не просто «чудом», как принято у верующих, а как-то слишком механистически, что ли. Некоторые даже обвинили меня в «духовном материализме», не удосужившись при этом объяснить, что это за диво такое.
Я, действительно, пытаюсь вскрыть и понять для себя «механизм» взаимодействия двух миров, не сообщающихся друг с другом: нашего мира материи, и Божьего Царства Небесного «не от мира сего». И не я первый, надо заметить.

Исторический экскурс в тринитарное богословие

Сперва семь веков бились «отцы» с догматами, чтобы объяснить, как же все-таки Превечный Несотворенный Бог, абсолютно несоединимый, несовместимый, несоизмеримый и непознаваемый  в Своей Божественной природе с «небожественной», тварной природой своего Творения как-то все же с этим своим Творением, пусть и с Небес, но взаимодействует, творит, распоряжается и управляет всей тварью – но так взять в толк и не смогли. И в чем тут заковыка? Все дело в том, что если Царство не от мира сего хоть как-то соприкоснется с миром сим, то и мир сей соприкоснется с Царством, и тут же станет его частью, они проникнут друг в друга, а значит – станут едины по своей природе, СУЩНОСТИ. То есть, или Бог станет тварью, превратится в белобородого старичка в треуголке, сидящего на облаке – или же вся тварь станет частью Бога и превратится в Него. Конечно, всегда можно сослаться на «чюдо», но это как-то не по-богословски, ненаучно это, слишком уж отдает вульгарным невежеством простолюдинов.

Но мало того – еще понадобилось как-то объяснять, как же этот невместимый Бог из Своего «не от мира сего» взял да и вместился в мирского человека, облекся грешной плотью и пребывал с нами, пока не был убит, умер, Воскрес и воззнесся опять в свое неотмирное Царство. Для того, чтобы хоть как-то объяснить все это необъяснимое происшествие, были придуманы и Бог-Три, и Боговоплощение, и Бог-Слово, и Дух Святой, Который тот же Бог, но как бы в действии и взаимодействии с миром, «иже везде сый и вся исполняяй» — но все же и как бы отдельный Бог мира и человека. Но и это, к сожалению, не помогло: если Дух – дух, то как же Он опять-таки взаимодействует с материей, к которой вовсе непричастен? И семь сотен лет развешивания словес «соборным разумом церкви» не помогло, ни до чего этот «разум» так и не додумался, кроме назывательства и маскировки этой дыры в Богопознании с помощью выдуманных мутных терминов. Мол, Бог познаваем по «тропосу действия» н непознаваем по «логосу существования» — это что вообще значит? А то и значит, что все-таки Бог как-то умудряется действовать в мире и, увидев «чудо Божие», мы вдруг как-то узнаем, что действование Бога свершилось. Но Самого Бога узнать никак не можем. И что, спрашивается, здесь нового, в этом словесном тупике?

Прошло еще два-три века – и вот явился Палама. Собсно, проблему эту поднял опять-таки не он, а вовсе даже его идейный враг, католический богослов (к тому времени уже православные с католиками как раз разругались и разошлись как в море корабли) монах Варлаам, который-то как раз и указал «православным» на неразрешеннность проблемы «трансцендентности» Бога со своим творением – и предложил выход в виде сотворенных Богом особых «энергий», которыми Он, как мы руками, как физики манипуляторами в «горячей» камере, рулит миром. Однако, проблему это не решило: коль «пришить» к Богу эти сотворенные Им себе руки – они опять-таки или станут Богом, или Его превратят в свою тварную природу. На что и восстал Палама, двадцать лет сражавшийся за присвоение «энергиям» не тварной, но Божественной природы – и победил, добился-таки признания своей правоты «соборным разумом», перед этим хватив по православному обычаю излиха «ран и темниц», как писал когда-то про себя много битый Павел. То есть, доказал всему православному люду, что Бог не сотворил себе «руки», а «отрастил» их себе с самого начала начал, и даже до начала всех начал. Энергии эти были настолько мутной выдумкой, что их даже хоть как-то описать не пытались, что они есть такое: по природе вроде бы Бог, но как бы не сам Бог, не Его личность, но Его безликая и безвольная природа, выполняющая Его Волю – но не Его часть, а как бы Он Сам целиком в таком проявлении, поскольку у бога частей нет и быть не может, Он же – «прОстое существо», цельный Бог — еще одна заумная богословская заморочка.

Поэтому «энергии» Палама описал «от противного», перечислив по пунктам, кем и чем их НЕЛЬЗЯ считать, числить и понимать.

Однако, хоть и заумное получилось объяснение, но мало помогло. Во-первых, у Бога уже была ипостась Святого Духа, Который везде пребывает и все исполняет – и зачем тогда Ему еще какие-то энергии? А во-вторых, заморочка-то осталась все та же: если «энергии» божественны по природе, значит, взаимодействовать с материей не могут и права не имеют, поскольку сами тут же «превратятся в камень» и Бога следом в него превратят. И как их сделать, с одного конца пристегнув к Богу, «божьими», а с другого – мирскими, Палама так и не придумал. И «соборный разум», поняв, что дело это гиблое, бросил всю эту заумную тухлятину на произвол судьбы, забыл о ней и постарался больше о ней не впоминать и не упоминать от греха подальше. На том все это развитие «тринитарного богословия» и закончилось вполне бесславно, оставшись достоянием архивов, и бездумной долбежки курсов догматического богословия в бурсе, чтоб сдать экзамен на заветную тройку – тут уж не до сомнений и возражений, чтоб не огрести неуд и исключение по профнепригодности.

Такова история вопроса.

Мои личные предпосылки к пересмотру «православной» догматики

Поэтому, конечно, даже малый шелест осторожного движения мысли под сенью этой нелепой догматической постройки опасен возможностью обрушения всей ее тяжести на голову дерзнувшему, чтоб похоронить его навеки. И потому решиться бросить камень в это церковенное нагромождение шатких уродливых конструкций возможно лишь для того, кому уже все равно терять нечего, как мне, заслужившему в православной церковной тусовке своим вольнодумством прочную репутацию ересиарха и дьявола во плоти, сатаны, аньчихриста.

И поскольку мне плевать с высокого кипариса на суеверные страхи дураков от церковенного всякославия, то я и взялся поразмыслить над этой тупиковой проблемой, в которую самое себя загнало трусливое богословское поддакивание авторитетам соборного кладбища дорогих покойников, «отцов», личная святость которых (порой, кстати, весьма сомнительная) прочно перепутана с непогрешимостью их частных мнений.

И вот что надумал, расскажу теперь попроще, что называется – на пальцах, чтоб было понятно всем.

Имею мнение, что для верующих в Бога честнее было бы с самого начала следовать признаваемой всеми НЕПОЗНАВАЕМОСТИ Бога, то есть просто признаться, что ничего мы, человеки, толком о Самом Боге не знаем, понять Его и утверждать что хоть что-то поняли, не можем, и потому любые противоречивые мнения пусть уживаются в голове у каждого, как могут. Да и оставить бы всех в покое наедине с их собственной личной верой, не пускаясь в поучения и взаимные упреки, и не пытаясь привести всех к знаменателю единого вероисповедания.   Кстати сказать, что зачастую обещанное Иисусом всем нам научение Духом людей даже вполне невежественных и простых, которые, может, и не подозревают ни о каком личном Откровении им Бога в богословских терминах и понятиях, приводит их, просто молящихся «своему» Богу, к подлинному Богопознанию в их меру и способности вместить невместимое – и оказываются они зачастую куда более искренно верующими в Познанного в молитве и предстоянии лично ими Бога, чем поучающие их. Вспомним хотя бы притчу Толстого про «трех старцев» — пример хоть и литературный, но весьма правдоподобный.

С этой точки зрения вполне себе уживаются в одной вере без заумных богословских толкований: и Единый Бог-Отец, и Сын Божий Иисус-Богочеловек, и Дух Святый как живое Богоприсутствие, Творящую и Созидающую Силу Бога, содержащую и поддерживающую бытие мира, а также Пресвятая Богородица, и все святые молитвенники за мир и грешное человечество. Вот бы и остановиться на этом, без выяснения всех этих родственных связей Боговой родни.

Однако, тогда бы вдруг само собой выяснилось бы, что никакая иерархия в Церкви больше ни для чего не нужна, если нет нужды поддерживать общий порядок и заставлять всех ходить строем – а своей очевидной никчемности самозваная иерархия допустить никак не могла. Осуществляя руководство народом Божиим и «властью нам данною» якобы Самим Богом над ним, этим она всегда, во все времена оправдывала в глазах церковных людей собственное существование в виде пастухов стада неразумных овец, оберегающих их от «волков расхищающих» – и собственное паразитическое существование за счет «пасомых».

То есть, получается, что у всего этого «бог-ослов-ия» с самого начала были шкурные цели держать в повиновении свою кормовую базу путем запугивания глупого суеверного охлоса, презренного «народа-невежды в Законе» гневом Бога и вечным посмертным проклятием за неправильные мнения о непознаваемом Боге, объявив одних лишь себя знатоками правильной Истины по праву своей особой посвященности в «священный сан». Все это балаганное шулерство породило необходимость в сакрализации церковенных догматов. И грозного запрета под страхом непроверяемого богопроклятия и ада за любое свободомыслие, смеющее посягнуть на «святость» даже запятой в навороченном иерархией новом Законе Божием на месте еврейского Закона Ветхого — и вместе с Ним. Управлять народом с помощью еврейского злого бога оказалось не в пример легче, чем проповедью Иисуса с Его Богом-Любовью, отказывающимся дать сдачи агрессору и побеждать врагов насилием и убийством. Вот и пришлось, приняв в состав «священного писания» наряду с Благой Вестью всю еврейскую библию, помирить кошку с канарейкой и перемешать Христов Дар Богопознания с еврейской тухлятиной йеговистского идолопоклонства «во Имя Господа! – Именем Его!».

Вот, собственно, те предпосылки, которые заставили меня, отказавшись от одной лишь собственной стихийной богоданной веры в интуитивно лично познанного Бога, перейти к осмыслению навороченного богословами всех времен и народов бесформенного нагромождения «божественных истин» с тем, чтобы «с помощью Божией принять то, что я не в силах изменить, изменить то, что могу, и суметь отличить одно от другого».

Догматические заимствования из иудейского и эллинского язычеств.

Первое обнаруженное мной отличие христианства от иудаизма, и – с целью их разделения в первую очередь – предпринятый мной полный отказ от легенд и мифов еврейской библии в качестве источника хоть каких-либо сведений о нашем Боге я зафиксировал в целом ряде статей, опубликованных за последние два года. С этой же целью я предпринял и ревизию догматического богословия, в котором обнаружил замаскированную пустым словопрением иудейскую и прочую языческую принадлежность:

  1. Бога-Отца, отождествленного с еврейским языческим родовым «богом»-идолом Яхве, которого евреи упорно навязывают христианам в качестве общего «авраамического» бога;
  2. Бога-Слово в качестве превечного Сына Божия, «рожденного прежде всех век» и впоследствии «воплотившегося» в Иисуса-еврейского Мессию, каковым Он никогда не был по свидетельству самих иудеев, отвергших Его иудейское мессианство по причине «неисполнения пророчеств» о Машиахе. Само понятие о Боге, творящем путем произнесением Им магических слов, присуще иудейской религии – и не только, но и другим древним магическим ритуалам. А Слово как Божественный Логос, заимствовано у Гераклита в качестве доступного для язычников объяснения Боговоплощения Иисуса.
  3. Духа Святого, в качестве понятия, происходящего из еврейской библии, и постепенно, за века, преобразованного догматикой в третье «лицо» Святой Троицы: зачем Богу еще какой-то Дух, когда Он Сам – Дух?
  4. Сошествия Воскресшего Иисуса в ад: изведение еврейских праведников-праотцев является явным заимствованием из еврейской религии и данью ей в христианских догматах.
  5. Второго пришествия – это «доделывание» Иисусом недоделанных в его первом пришествии еврейских библейских пророчеств говорит само за себя – по-моему, все ясно?
  6. Страшный суд, воскресение мертвых, тысячелетнее еврейское царство и конец света – родимые пятна иудаизма, за очевидный идиотизм которых теперь должны постоянно оправдываться христиане, а не иудеи.
  7. Грехопадение первых людей (как и они сами) и проклятие «весьма хорошего» Творения буквально на следующий день его сотворения Творцом просто переписано христианским «священнным преданием» из еврейской библии, как и многие другие сказки народов мира.
  8. Жертва Иисуса в качестве искупления «за грехи» рода человеческого, во-первых, заимствована из примитивных верований диких народов и в частности евреев в умилостивление идолов кровью и убийством, а во-вторых кощунственно представляет Бога Отца-Любовь безумным кровожадным маньяком, принесшим в жертву СЕБЕ собственного Сына, вместо простого прощения грехов человечества всесильным божьим словом «прощаю» без всяких идоложертвенных глупостей. Да еще и обманул – прощение так и не состоялось, не сработало: смерть и тление остались на своих местах, и человечество до сих пор не дождалось восстановления нетленной божественности Творения и собственного обещанного телесного бессмертия, зачем-то отложенного «всемилостивейшим» богом до второго пришествия на века, за которые все мы умрем и намучаемся в своей жизни не по-детски.

Наверное, я перебрал еще далеко не все из сказочной иудео-христианской догматики, но и этого вполне довольно, чтобы понять всю искусственность натягивания христианской совы на глобус иудаизма и язычества.

Однако, одно дело раскритиковать чужие и чуждые иисусову учению объяснения отношений Бога с Его Творением, и высмеять в них очевидную чушь и  нарочито языческую по своей сути невежественную глупость, и совсем другое – предложить на место этой божественной ахинеи что-то свое, способное объяснить внутренне непротиворечивым образом, как же все-таки может быть устроен мир Божий, чтобы это было понятно всем и каждому.

МОЯ «догматика»

Я предложил в статье:

Христианская антибилейская парадигма сотворения мира и человека

И, по-моему, в предложенной мной модели отсутствуют, во-первых, иудейско-языческие атавизмы. А во-вторых, модель эта оказалась, с моей точки зрения, внутренне непротиворечивой, то есть, я не нашел в ней ничего нигде такого, чтобы концы не сходились с концами.

Осталось, с моей точки зрения, дообъяснить одну вещь, которая, возможно, кажется читателям недостаточно понятной по своему «механизму» действия: как же все-таки Бог, будучи Духом «без рук, без ног» управляет миром и управляется с ним «через Промысел» — вот это мне надлежит объяснить более подробно и доходчиво.

Итак, я утверждаю, что Промысел Бога о мире – это закон причинно-следственных связей всех возможных событий как происходящих, происшедших и произойдущих в будущем, так и никогда не происходивших, но имевших возможность произойти – ВСЕХ вариантов развития мира.

И как же Бог сотворил мир? Да очень просто: Он ЗАХОТЕЛ миру быть – Он же Всемогущий – и мир стал сразу весь целиком со своим прошлым, будущим и настоящим реальными, и всеми альтернативными, пред Богом он сразу весь целиком, в полноте. И как же он развивается во времени? Это и есть самое интересное – по путям Промысла, НО! У всех событий в мире есть альтернатива, а у действующих объектов – выбор. Например, из квантовой физики известно, что крохотная «элементарная» частица материи может ВЫБРАТЬ из возможного для нее и оказаться совсем не там, где ее ожидают предсказания теории. И один такой выбор меняет будущее развития всего мира. Так что Бог, купив попкорн, с интересом наблюдает захватывающий триллер осуществления Его Промысла. Однако, прямо в него вмешаться не может. Казалось бы, почему? Захочет – и будет в мире, что захотел – казалось бы. Например, вдруг посреди мира – его собственная статуя до Небес из золота.

Нет, это невозможно, по причине весьма прозаической и понятной даже пряхе: она если захочет вдруг ткнуть ножницами в сотканную ею тряпку, как – НА тебе, дыра, которую уже незаметно не заштопать, останется латка, вся работа насмарку, ткань уже задорого не продашь, но только на лоскуты, товарный вид утрачен безвозвратно.

Так и Бог со своей статуей – беспричинно появившееся воплощенное «божье хотение» прорвет ТКАНЬ БЫТИЯ, состоящую из переплетения причин и следствий, и мир рухнет, разрушится, расползется как прорванный лоскут, и обратится в хаос.

Так что и Бог должен соблюдать установленные им в мире законы и подчиняться им, когда захочет воздействовать на мир своим хотением. Да, Он может творить что хочет одним своим «хочу» – но для корректного его воплощения ОБЯЗАН всякий раз при вмешательстве провести полную перезагрузку мира, изменить его целиком, увязав свои новые хотелки со всеми ранее промысленными Им событиями мира, всеми их причинами и следствиями.

А откуда у Него новые хотелки, Он же Неизменен? А – от нас с вами: мы же с вами тоже боги, и когда молимся своему Бог-Отцу, то Он, услышав нас, своих деток, может и захотеть помочь нам, и сделать по-нашему, например – исцелить безнадежно больного или даже – да-да – воскресить умершего. Но тогда Он должен «перезагрузить» мир – иначе получится не чудо, а хаос и неожиданный конец света: «солнце не даст света своего и звезды спадут с Небес» — ну, вы помните, что там в «Откровении» написано J.

Вот так, через «отражение» желаний Бога Дух действует в мире, а мир, проявляясь через Промысел во времени, создает для нас именно ту альтернативу бытия, в которой мы с вами участвуем. Легко предположить, что есть и другие альтернативы мира, бесчисленные.

Проявляясь во времени, мир в свою очередь, «обратно» отражается в Промысле совершённым выбором, меняя возможное на совершившееся, и тем отрезая несовершившееся и все его будущие следствия, как уже ставшие невозможными – это и есть неисчислимые «зеркала» мира, глядясь в бесконечные отражения которых, Бог видит Себя разного, всякий раз другого – такой нескончаемый Божий триллер про Себя Самого, Которому никогда не бывает скучно.

А вот подтолкнуть мир в сторону возможной, хотя бы и предусмотренной Промыслом, как возможность, но не дОлжной альтернативы, может и не Бог, а , к примеру, дьявол, любопытный Дух, фантазёр, и аггелы его – например, склонить человека на грех противления Воли Божией нашептыванием помысла. И тогда мир меняется в альтернативную для него сторону, идет по другой «ветке» — и да будет так. Но если согрешивший опомнится и попросит Бога о прощении – получит его, и вместе с ним исправление мира и его возвращение «на пути своя» через упомянутую выше полную перезагрузку.

Так что изменить мир, воскресив мертвого или простив уже совершенный грех живого возможно только Богу («кто может прощать грехи, кроме одного Бога?» Мк2,7) путем полной «перезагрузки»  мира, а подтолкнуть  мир к предусмотренной Промыслом, но нежелательной для Воли Божией «греховной» альтернативе посильно даже «мелкому бесу».

Как-то так, я думаю.

А теперь и ВЫ ВСЕ – думайте!

Олег ЧЕКРЫГИН

 

You Might Also Like

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *